Русское телевидение в Интернете

11.12.2009 11:22

Толпа школьников пытается поступить в нью-йоркскую школу искусств – место, судя по количеству абитуриентов – 10 000 на 200 мест – модное и перспективное. Одни школьники поют, другие танцуют, третьи считают себя великими актерами, четвертые хотят быть музыкантами, и все без исключения хотят стать знаменитыми. Поступившие считают себя самыми талантливыми и самыми счастливыми, но впереди – пять лет беспросветной учебы и смерть иллюзий.

«Слава» – это что-то среднее между мюзиклом и драмой (а вообще ремейк фильма 1980 года). Среднее, потому что тут не только песни-пляски, но и сюжет. Первое, конечно, превалирует над глубиной второго, но тем не менее. Тут и классический сюжет «Отцы и дети»: дети – хорошие, родители – плохие, тут и любовь, но не прилизанная банальщина, а вполне жизнеподобные сложности, тут и первые потуги наивных студентов заработать как можно больше и как можно легче, которые, конечно, идут прахом. Но главная – здесь  характеры, а не танцующие и поющие механизмы.

У таких, как 17-летняя Дженни, обычно в школе все списывают, потому что она ответственная и добрая (ум тут не причем) и никому не может отказать. Она не талантлива, но умеет учиться, она не красива, но обаятельна, поэтому в нее непременно влюбится самый порядочный мальчик класса и ее непременно захочет поиметь режиссер, прежде чем дать самую лоховскую эпизодическую роль.

Дэнис выросла в семье, где все за всех решает отец, а почему он решает так или иначе, спрашивать не принято. Поэтому ей придется попотеть, чтобы петь реп, а не играть Баха в консерватории. Эллис небезосновательно считает себя самой красивой и самой талантливой танцовщицей школы, но ей придется выбрать между любовью и карьерой. Энди назвали самым плохим танцовщиком выпуска, и в отсутствии смысла жизни он решил броситься на рельсы метро. И так далее по списку, в котором несколько десятков имен и типажей.

Психологической многосторонностью, тонко сочетающейся с песне-плясками, «Слава» выигрывает перед кучей подобных ранее снятых фильмов. Чтобы далеко не ходить – «Первая любовь» Егора Дружинина с Юлией Савичевой в главной роли. Вот там сплошные танцы при весьма посредственном сюжете. С индийским кино у «Славы» тоже мало общего. Танцы и песни в «Славе», как ни удивительно, всегда там, где они должны быть: студенты на занятиях, студенты отдыхают в кабаке, студенты встречают Новый год, студенты отмечают выпускной.

При полном творческом экстазе никакого морализаторства в этом драмо-мюзикле нет. Что будет с этими студентами дальше и  кем они будут, остается неизвестным. Поэтому в конце все же очень не хватает Михаила Ефремова, который точно так же как в недавно вышедшей в прокат «Кошечке» произнес коронную фразу: «Талант – это не главное».

Ирина ГОЛОСОВА

• Фабрика звезд / 09.12.2009

10.12.2009 14:57

Известный продюсер больше всего на свете боится умереть от рака и впадает в истерику, когда видит залапанные дверные ручки и грязные кружки. Молодой любовник кинозвезды страдает нарциссизмом, а ей предстоит играть старуху, летающую на астероиде, к тому же очень хочется мороженого, но нельзя толстеть. У школьницы-афроамериканки мать покончила с собой, поэтому она бьет зеркало в школе и просиживает целыми днями в кинотеатре. Престарелый режиссер не может понять: сексоголик он или алкоголик, или и то и другое сразу.

Поэтому все они ходят к психоаналитику. Психоаналитик мог бы им помочь, но его жена не так давно покончила жизнь самоубийством, и он сам впал в депрессию.  

Если говорить о частностях, то это кино о том, как психоаналитик не может решить собственные психологические проблемы. Если говорить в целом, то это кино о том, как плохо абсолютно всем, но помочь никто не может, потому что плохо абсолютно всем. Психоаналитик все время курит траву, смотрит на мир слезящимися сонными глазами, иногда очень иронично шутит, но при этом ни на секунду не выходит из роли страдающего и удрученного мужчины, которому не нужны ни жена, которой уже нет, ни многочисленные родственники, которые хотят его отправить в психушку, ни пациенты со своими тараканами.

Поэтому с каждой минутой все происходящее превращается в сумбур. Появляется все больше и больше бородатых мужчин с грустными глазами, среди которых узнаваем только психоаналитик Кевин Спейси, и все больше ненужных деталей. Все главное и умное, что есть в этом фильме, погребено под грудой фактов, что кто-то у кого-то за что-то гадит под дверью, беременная секретарша вынашивает не просто ребенка, а ребенка для родной сестры, а у психоаналитика то ли с тоски, то ли от старости умерла собака. Он, подобно вырыпаевскому Саньку из «Кислорода», бежит по полю, размахивая лопатой (кажется, скоро лопата станет символом спасения в кинематографе). Но все проблемы остаются неразрешенными, звезды остаются удрученными, травка перестает быть панацеей, а жену не воскресить.

«Мамочка, с моими какашками, что-то не так?», – спрашивает в «Синекдохе, Нью-Йорк» (по закрученности фильмы очень похожи) большеглазая девочка. «Нет, милая, они просто зеленые» – отвечает ей мамашка. Так и с «Психоаналитиком». Не то, чтобы что-то не так, просто сложно понять, отчего все именно так.

Ирина ГОЛОСОВА

Для того чтобы писать комментарии, необходимо

См. также рецензии:

• Голливудский мозгоправ тоже расслабляется / 10.12.2009

08.12.2009 14:32

Возвращение Натальи Негоды («Маленькая Вера») в российское кино оказалось совсем не триумфальным, но символичным, ведь ее героиня влюбляется в мужчину, очень похожего на Владимира Путина. Его еще называют задротом. Кажется, этот факт, да еще милиционер, падающий в обморок от вида крови, – и есть вся ирония фильма. В остальном – абсолютный мрачняк. Все предметы и люди кажутся приплюснутыми и засунутыми в коробку видеокамеры. Ни одного дальнего плана и никакой перспективы, как на картинке, так и по сюжету.

45-летняя провинциальная библиотекарша Катя – прилизанная совковая выдра со взглядом орлицы и душой стервы. Днем в задрипанной поселковой библиотеке она излучает нравственность и добродетель, а вечером, замаскировавшись в сине-красную шапочку «спорт», продает библиотечные книги в поездах. В нее безумно влюблен поселковый стоматолог, но она посылает его куда подальше, и все чего-то ждет. И вот однажды неизвестно откуда в поселок приезжает моряк с лицом Путина, наколкой на руке и нравственностью в душе. Катерина размякла и влюбилась.

В первом фильме Алексея Мизгирева «Кремень» добрый и влюбленный дембель приехал в Москву, стал милиционером и после этого стал злым и бездуховным. В его втором фильме «Каменная башка» все было наоборот: жестокий Николай Валуев влюбился, и боксерская карьера пошла прахом. То же самое происходит с библиотекаршей Катей: была жесткой, но влюбилась и стала мягкой.

Но это история не о любви, это история о том, как страшно жить. Как страшно жить в стране, где милиционеры падают в обморок от вида крови. Как страшно жить в российском шахтерском захолустье с одной библиотекой, одним музеем и одним рестораном «Сказка», где борщ стоит 170 рублей, а куриная котлета 240 рублей. Как страшно жить в обшарпанной общаге, обклеенной желтыми обоями с ярко-красными цветами, в которой соседка – молодая блядь с перспективами, а тебе 45, но ни кола, ни двора, ни мужа, ни детей.

Катя – это практически Геля из «Сказки про темноту» Хомерики. Задавленная и безнадежная. Только Геля в свои 28 лет готова любить, кого попало, лишь бы только любить, а Катя в свои 45 сама не знает, чего хочет. Накручивает себя, как малолетка, режет стеклом руки, колется шилом. И все это до занудства спокойно и до ужаса мрачно. Как точно (к сожалению, не о фильме «Бубен, барабан») выразился пару веков назад американский литературный критик: ощущение, что в гостиную внесли ведро с помоями.

Ирина ГОЛОСОВА

Для того чтобы писать комментарии, необходимо

См. также рецензии:

• Возвращение Натальи Негоды / 08.12.2009

08.12.2009 11:53

«Психоделическая комедия, призванная расширить сознание человека» – так говорит о «Кошечке» ее режиссер Григорий Константинопольский. Тот самый, который в конце 90-х называл себя простой Гришей и снял трэш «Восемь с половиной долларов». Тогда Бондарчук еще мог позволить себе играть бандита, Верник – его телохранителя, а Куценко – индейца в эпизодической роли. Если бы вы увидели Константинопольского сейчас – флегматичного, сонного и уклончивого мужчину за 40, то непременно поверили, что он мог снять «психоделическую комедию». Но если вы посмотрите «Кошечку», то поймете, что никакой психоделики там нет.

«Кошечка» – это не совсем фильм, это скорее театр на экране – то есть сплошная «говорильня» и почти никаких декораций. «Аттракцион из крупного плана хорошего артиста», – это тоже слова Константинопольского. Даже интересно, как фильм показывали на фестивале «Окно в Европу» в Выборге (где Ефремов получил приз за лучшее исполнение мужской роли), в странах Балтии и даже в Париже, потому что смотреть его в синхронном переводе или с субтитрами – это совсем другие ощущения. На экране совершенно ничего не происходит -  есть лишь актер, который рассказывает свою историю. И вот то, что он рассказывает, у зрителя, даже самого недалекого, непременно рисуется в голове, потому что когда главные роли играют Михаил Ефремов, Александр Стриженов, Виктор Сухоруков и Евгений Стычкин по-другому быть просто не может.

Фильм разделен на четыре новеллы, каждая примерно минут по 25. В режиссерской версии пять новелл, но в таком составе они выйдут только на DVD. Пятая новелла называется «Крис-Мария ДеЛевьер», и там играет женщина. А в первых четырех играют исключительно мужчины, причем и женщин тоже. Михаил Ефремов играет старую балерину – это первая новелла. На экране появляется немолодой мужчина (Ефремову уж 46 лет) с ярко накрашенными глазами, губами и ногтями в балетной пачке и с животиком. Она когда-то была популярной, стройной и встречалась сначала с Алешой, потом с криминальным авторитетом Колей Атласом, которые носили ее на руках. Сейчас у нее пенсия 12 000 рублей, и она питается на помойках. Из четырех новелл это единственная, которая писалась под определенного актера, Ефремов играет так, что дрожь по телу. Бедность балерины, гордость балерины, ее врожденная утонченность, ее твердость духа – все это понятно исключительно благодаря силе слов и интонаций.

Вторая новелла – монолог Александра Стриженова из шкафа о том, как он думал, что женится по расчету, но потом влюбился по уши и понял, что это за него выходят замуж по расчету. Но самое замечательное здесь, – это выслушать от такого серьезного и тучного ведущего «Доброго утра», который зачем-то держит топор в руке, рассказ о том, как его невесту трахнул пальцем незнакомец в кинотеатре. Сначала Стриженов говорит не очень убедительно (особенно, фразу «мне 29 лет») и где-то фальшиво, но чем дальше, тем все больше ему веришь, и все больше чувствуется искренности в словах. Тут, наверное, очень важно отметить, что фильм сняли всего за 5 дней. На каждую новеллу – по дню, поэтому такой «разгон» – а он есть в каждой новелле – вполне объяснимое явление.

Монтаж – это то, что делает «Кошечку» фильмом. С ним происходят какие-то оправданные чудеса. Особенно в новелле Виктора Сухорукова, который играет годовалого ребенка – еще не может ходить, еще не может говорить, но уже мыслит категориями взрослого человека. Сухорукову лицо грубо отшлифовали на компьютере – да так, что, если не зубы, то он действительно очень похож на младенца. Но в моментах, когда он говорит что-то такое по-взрослому злобное – монтаж исчезает и на экране уже взрослый человек с морщинами, злобой и ухмылкой. Казалось бы, какой грубый прием, однако, сколько смысла он дает фильму. Рваный монтаж всех новелл создает ощущение вырванности фразы из разговора. Было ли это продуманным ходом или вышло случайно – уже не важно, но факт остается фактом – все «правильное» и «неправильное», что есть в «Кошечке», ее только украшает.  

В четвертой новелле Евгений Стычкин играет бедного писателя, который живет в коробке из-под холодильника вместе с мамочкой и кошечкой. Неожиданно издательство заказывает ему роман и теперь ему нужно придумать его тему. Он мучается в поиске, отвлекается на постороннее, пересказывая свою жизнь, но все же придумывает. Эта новелла подытоживает вышесказанное, и все становится на свои места. Но это важно лишь для тех, кто все еще думает, что у всего существующего это место есть.

Ирина ГОЛОСОВА

Для того чтобы писать комментарии, необходимо

См. также рецензии:

• Аттракцион из крупного плана хорошего артиста / 07.12.2009

02.12.2009 11:53

Чистый и аккуратный юноша Алан призван родственниками к предсмертному одру своего дедушки Филиппа Ольшанского, выходца из Одессы. Наследник всех своих родных получает задание – разыскать и привезти в Америку кота, пережившего советское прошлое и здравствующего в веке настоящем. Отказаться нельзя – на кону формулировка в завещании. В ту секунду, когда Армен Джигарханян отправляет своего внука (была бы внучка, звали бы Алисой) в страну чудес, его хитроватый прищур напоминает выходку дяди Паши и дяди Саши, отправившего Костю Лукашина в Петербург. На экскурсии в знаменитых одесских катакомбах жулики местного розлива оставят парня с носом – майка, семейные трусы и мобильный телефон в придачу. В результате бессмысленного шатания по туннелям Алан выбирается прямиком в 1954 год.

Этим фильмом «отец Петрова и Васечкина» Владимир Алеников признался в любви в Одессе – шубутной сценарий насквозь пропитан анекдотами, между которыми протянута условная романтическая веревка: юноша из будущего влюбился в девушку из прошлого.

При этом любование одесскими достопримечательностями советского периода и его веселыми жителями настолько увлекает режиссера, что он теряет остатки скромности и раздувает хронометраж до 2 часов 5 минут.

Лирики и эксцентрики в картине Аленикова очень много, что роднит ее с комедиями типа «Окно в Париж» Юрия Мамина, где советские люди по наводке кота оказываются на берегах Сены. А вот с романтикой здесь приключается беда – Иван Жидков и Мария Горбань просто красивы и влюбляются с первого взгляда. Их герои скучны, цитаты из пары-тройки романтических фильмов, включая «Я шагаю по Москве», погоды не делают, поэтому в видеопрокате проще пересмотреть «Кейта и Лео».   

Отдельные сцены «Улыбки Бога» смотрятся куда более выигрышно, чем вся история в целом – хорошие актеры (Роман Карцев, Александр Панкратов-Черный, Сергей Мигицко, Станислав Садальский)  с видимым удовольствием отыгрывают свои скетчи про особенности одесского характера. Главный герой носится по катакомбам времени, но стать новым Марти МакФлаем («Назад в будущее») ему не позволяет сценарий: слишком много уделяет внимания режиссер герою первого плана – Одессе.

Этот город-карнавал уже воспели куплетисты Бенгальский («Опасные гастроли») и Касторский («Неуловимые мстители») – так же «Улыбка Бога» динозавром смотрит на зрителей старшего возраста, у которых Советский Союз, что Владимир Красное Солнышко. В любое, даже самое страшное время, зрители обречены на ностальгию по прошлому: коммунизм был ужасен, но ведь и девчонки из соседнего подъезда были моложе.

Александр ДЬЯКОВ

Для того чтобы писать комментарии, необходимо

См. также рецензии:

• Здесь вам не Америка! / 01.12.2009